Довольная своей небольшой проказой, Идуна с улыбкой смотрит на озадаченного брата сверху вниз, точно он все еще ребенок, а она уже взрослая. Неожиданно ей в голову приходит мысль, что брат, по сути, всегда знал ее взрослой; родившийся уже после ее совершеннолетия Хель никогда не видел сестру маленькой беззащитной девочкой. Может, думается ей, именно поэтому он иногда относится к ней так… безжалостно, как могут относиться только дети к родителям, скорее всего сам того не осознавая.
Или же потому, что она всегда быстро отходит. Как сейчас, когда она смеется вместе с младшим братом и больше уже совсем не злится – и лишь его слова о задании Ее Величества заставляют ее вдруг резко умолкнуть в задумчивости.

Идуна всегда гордилась собственным чутьем на составы, считая, что ей невероятно повезло развить в себе именно этот дар. Пусть ее образ жизни и традиции в семье, а впоследствии и при Дворе долгое время не позволяли ему раскрыться в полной мере, юная леди Нёйве все равно всегда хваталась за любую возможность проявить себя и показать, что на многое способна – и под этим она подразумевала далеко не только умение заваривать чай. Обладая секретом того, как выстроить идеальную гармонию компонентов почти в любом составе, она была идеальным учителем для младших, всегда знающая, как именно помочь, подсказать, направить.

Однако железо… фейри боятся железа больше всего на свете, и все же от его воздействия до сих пор никто не нашел лекарства. Даже их собственная семья за века своего существования смогла выдумать только то самое зелье, которое она сегодня приготовила для Анхеля, которое помогало только в случае, если пораженный уже выжил и его жизни больше ничего не угрожает. По сути, это была просто эффективная мера для быстрого восстановления, не более.

Поэтому Идуна медлит с ответом, размышляя, пытаясь позволить собственной интуиции где-то в глубине подсознания нащупать ниточку решения, отыскать скрывающийся там ответ, но это оказывается невероятно сложно: не удивительно, что никто до сих пор не смог. В какой-то момент Идуна вдруг понимает, что ее мысли бегают по кругу вокруг одних и тех же идей, постоянно подгоняемые желанием поскорее найти желаемый ключ к разгадке и именно поэтому так и не находя. И это чувство, осознает она, ей уже знакомо – в этой же ловушке она обнаружила себя, когда очередной неудавшийся экземпляр ее куклы пришлось отправить на переплавку вслед за всеми предыдущими. В тот момент Идуна неожиданно поняла, что увязла в болоте частой ошибки исследователей и творцов – делать снова и снова одно и то же, надеясь, что результат в этот раз будет другим.

Вспомнив об этом, она как нельзя лучше понимает поступок младшего брата и усмехается – устало и даже как-то горько, но спустя мгновение снова улыбается и, опускаясь на колени, протягивает руку, чтобы погладить Анхеля по щеке.

— Это необычная задача, — говорит Идуна, глядя Анхелю в глаза. – Тебе нужно найти ей необычное решение… Я знаю, что ты уже много всего перепробовал, однако тебе придется расширить свои горизонты еще дальше. Можешь покопаться в человеческих записях: возможно, смертные обнаружили что-то, что мы упустили, потому что никогда не считали, что нам оно нужно. И в целом… попробуй использовать то, что не стал бы обычно использовать. Мне кажется, тебе может помочь ингредиент, которого у нас пока нет.

Она не знает, что именно это за ингредиент. Но может, Анхель его найдет.

— Я подумаю еще, — обещает Идуна. – Может, мне тоже что-то полезное придет в голову. Обращайся всегда, если будет нужна помощь. И, Анхель… заклинаю тебя, ничего не испытывай на себе, пока мы с Даэ не одобрим состав.
«Пожалуйста».

— Я прощаю вам ваш проступок, милорд, — говорит Идуна, поднимаясь на ноги. – Но за нашего с вами старшего брата говорить не могу.
«Даэля тебе придется задабривать самостоятельно. Удачи тебе с этим».