Вот уже минуло десять дней с момента нападения пиратов на корабль «Королева Анна», и столько же дней принцесса Радомила и её компаньонка находились в их компании. Нельзя сказать, что эта компания была так уж плоха, учитывая, что никто из них не смел прикасаться к ним. Однако причина их относительно благопристойного поведения крылась в интересе самого капитана к принцессе. И пусть пока ей удавалось держать его на расстоянии вытянутой руки, она отчётливо понимала, что однажды он изволит спросить с неё сполна за свою благосклонность.

В один из разговоров с капитаном Радомила обронила, что ей было бы интересно отправиться к берегам острова Таврос, где, по слухам, была рождена легендарная красавица Калипсо, за желание обладать которой многие мужи положили свои жизни. К её удивлению, Фейра не просто заинтересовался этим, а велел держать курс на этот остров, сказав, что, если он и существует, то они непременно ступят на его берега.

С одной стороны, Радомила испытывала невероятный восторг от того, что сможет увидеть остров, о чём прежде могла только мечтать. С другой стороны, она прекрасно понимала: как только они покинут тезейские воды и отправятся к Аркануму, обнаружить их королевской флотилии будет ещё сложнее.

Меряя шагами каюту, которую предоставили им с камеристкой, Радомила размышляла над тем, что делать. Она понимала, что должна дать хоть какой-то знак тем, кто ищет их сейчас, куда им следует держать курс, но пока даже не представляла, как это сделать.

Резко остановившись, она развернулась лицом к Милаве и провозгласила:

— Нужно написать послание! И… и зашифровать его как-то, — Радомила выглядела взволнованно, когда говорила об этом. — Но как же… как я могу его передать… — она прикусила нижнюю губу и посмотрела в сторону небольшого круглого окна, через который было видно море. — Бутылка…

— Бутылка? — переспросила Милава. — Но разве кто-то в море обратит внимание на бутылку, Ваше Высочество?

— А что ты предлагаешь? Ждать?! — возмутилась принцесса. — Это лучше, чем вовсе ничего не делать и придаваться унынию, — она отвела взгляд в сторону, призадумавшись над тем, что её план действительно был несовершенен, однако сидеть просто сложа руки было бы просто преступно.

Радомила снова начала расхаживать по комнате, чувствуя, как сердце подрагивает в такт её шагам. Внезапно в дверь постучали и спустя несколько мгновений на пороге появился один из пиратов, который был приставлен к ним.

— Вашество, — небрежно сказал он, прижимая к животу свою шляпу. — Капитан желает вас к обеду.

Радомила обернулась в сторону камеристки, которая сжалась в углу, а затем снова посмотрела на пирата.

— Ну так передайте ему, что я скоро присоединюсь, — выпалила она, махнув рукой так, словно отмахивалась от него как от назойливой мухи.

За время пребывания на корабле Радомила чуть осмелела и вела себя больше как вольная женщина, нежели как пленница, какой в самом деле и являлась.

— Пойдете-с? — тихонько спросила Милава.

— Конечно пойду! Ты же не хочешь, чтобы Его Капитанское Величество сам пришел-с? — передразнила девушка. — Помоги мне лучше собраться!

Уже спустя двадцать минут Радомила стояла на пороге каюты капитана, где они по обыкновению вместе обедали и ужинали. За окном светило яркое солнце, волны неторопливо бились о борт корабля. На её лице играла безупречная улыбка, когда их взгляды встретились.

— Узнала, что вы желаете видеть меня и поспешила порадовать вас своим присутствием, — сказала Радомила, проходя внутрь каюты. — А где же наш маленький друг? — поинтересовалась она, не заметив сразу обезьянку, которая часто сопровождала его. — Неужто он сегодня не составит нам компанию?