О моем персонаже: Беглая прокриминальная журналистка из Чикаго. Дамочка бойкая и деятельная, увлекающаяся, прекрасная актриса и лгунья. В Эврика-Спрингс с сентября 2024, живет под вымышленным именем и по поддельным документам. После автомобильной аварии видит ауры-эмоции людей и пока только учится пользоваться этой своей новой возможностью. fc: madelaine petsch.
Полную анкету без проблем пришлю в лс.

О себе-игроке: Посты 2-7к знаков [обычно 3-5к], в третьем лице, прошедшем или настоящем времени [пока складывается так, что за Фел пишу в настоящем], с заглавными буквами. Не использую разные шрифты и не вставляю изображения в текст картинками [ссылкой для лучшей визуализации - могу]. Оформление тройкой опционально [если вам сильно не нравится - не буду], не использую отступ в начале абзацев и разбиваю текст пустыми строками. Особых требований к объемам и оформлению постов соигрока нет - разве что ~2к это все-таки желаемый минимум и чтобы текст был визуально читаемый [условно, не одновременно лапслок + без знаков препинания + без переносов на новые строки].
Буду рада обменяться примерами постов в лс с заинтересовавшимися.

О скорости и игре: Длительная игра с неспешной скоростью с постом раз в неделю/ две [как показала практика, все еще могут выдавать ответные посты через 3-5 дней, но давайте на всякий случай ориентироваться на средний срок моей отписи в 7-10 дней].

• Высокий рейтинг про кровь-кишки - определенно будет, высокий рейтинг про постель - можно, но не обязательно.

• Участие в общефорумном сюжете желательно. Я могу сходить в квест и одна, но будет круче, если звезды сойдутся и мы пойдем вместе [не обязательно в один и тот же, кстати].

• Развитие персонажей в отрыве от моего желательно. В противном случае я не поникну и не сверну нашу игру, но будет круче, если персонажи обрастут самостоятельными связями.

• Ваша инициативность очень желательна. Я могу без проблем взять на себя общение с амс, орг.вопросы и т.п., но мне будет тяжело на постоянной основе единолично генерировать темы для наших эпизодов и мастерить их без подкидывания дровишек вами.

Об общении: Умею разговаривать словами через буквы. Для органичного развития общего сюжета и для моего личного комфорта нуждаюсь в общении за игру [тг - предпочтительно, но могу остановиться и на лс или попробовать другой мессенджер] - хэдканончики, вбросы картинок и музыки, спонтанные "а что, если мы" и хотя бы краткие, но реакции на посты. В реал не лезу и свой не навязываю, если у нас не возникнет обоюдного желания таким делиться.
Не слежу, у кого сколько форумов, твинков и соигроков, не веду учет в какой очередности вы отписываете посты - если у нас налажен контакт, совместная игра бодро обсуждается и идет с удобной для обоих скоростью, то я абсолютно хэппи. Не обращаю внимания на флудовую и внеигровую активность, не слежу, как часто вы заходите на форум - если вы реагируете на мои посты и сообщения в личке без регулярных зависаний на дни и недели, то я абсолютно хэппи. В противном случае начинаю грустить и подозревать, что вы исчезните по-английски, а это не то состояние, которое я ищу от хобби.

Ранчо «Белый дуб», 1685 Стоун-Крик-роуд.
Под шелест шин отъезжающего такси Фелисити против воли думает, что видела парочку ужастиков, которые начинались точно также. Проселочной дорогой сквозь мшистую аллею, бесстыдно заползающим прямо под куртку промозглым туманом, пустой патрульной машиной на обочине и призывно открытой калиткой. Словно пастью, жадной до свежего мяса.
И если бы это был фильм, Эйрли бы морщилась и еще полчаса после возмущалась, что героиня его - клишированная дура, и сожрать такую было не просто не жалко, а строго обязательно.

“А сегодня эта дура - я."
Нервный смешок застывает ярко-красным изломом губ. Непрошенное беспокойство вырывается в прохладный воздух облачком пара на успокоительно-длинном выдохе.
“Скрестим пальцы, что меня-таки не сожрут. А если и сожрут, то я им не завидую. Отравятся же.”

Вообще-то Фелисити еще может развернуться. Плюнуть на все, звонком на мобильный вернуть водителя, с которым только что за щедрые чаевые договорилась об обратной дороге в город через пару часов, и продолжить утро в одной из местных кофеен.
Но она лишь убирает за ухо вьющуюся от влажности прядь, удобнее поправляет ремень перекинутой через плечо сумки-почтальонки и бесцеремонно переступает недвусмысленно обозначенную забором границу чужой частной собственности.
И чем дальше она идет, тем больше привычный азарт вытесняет трусливую нервозность.

“Знала бы, что не придется лезть через забор, оделась бы попривлекательнее.”

Пасторальная тишина сельского утра позволяет Эйрли услышать проходящий на повышенных тонах разговор довольно четко. Надтреснутый от возраста голос звучит громко и раздраженно, и все гнет свою линию одностороннего спора, напрочь игнорируя и факт отсутствия ответов - по крайней мере Фел их различить не удается -, и попытки представившегося детективом Найтли вернуть разбушевавшегося Маккоя в реальность.
Потому не желая раньше времени попадаться на глаза ни тому, ни другому, она сходит с дорожки и жмется к ближайшей стене и дальше идет пригнувшись. Так, чтобы предусмотрительно притушенная землисто-зеленого цвета шапкой её рыжая макушка не высовывалась из-за составленных друг на друга на углу сарая ящиков.

Фелисити все ещё может развернуться. Ускользнуть неслышно, будто ее здесь и не было.
И она все ещё этого не делает. Только сжимает в руке висящий на шее на неоново-оранжевом шнурке переведенный на беззвучный смартфон, на котором уже открыто окно видеозаписи.
Осталось лишь нажать “плей”.

Первым делом ее шпионящий сквозь щели между ящиками взгляд упирается в надпись “полиция” на форменной куртке и только потом соскальзывает на смотрящего в пустоту старика. На городскую сплетню последней недели о тронувшемся умом и болтающем с самим собой фермере, ради которого Фелисити и приехала.
Она рассматривает его пристально, отпечатывая в памяти не столько черты лица - их всегда можно освежить по фото, он же не затворник -, сколько его выражение, стремительно меняющееся со взбешенного на просительное. На фигуру, которая столь же мгновенно из воинственно-статной сдувается до устало-сутулой, когда кулак встречается с пустотой.

“Занимательно.”

Не спеша покидать своего укрытия, наблюдая за словно зависшей на паузе предельного напряжения сценой, Фел тезисно припоминает все, что знает о Сэмюэле Маккое. Все, чем с ней успели поделиться болтливые жители Эврика-Спрингс.
75 лет, родился на ранчо, вырос на ранчо и его же получил в наследство от своего отца. Брюзглив по возрасту, дотошен в делах по характеру. Однажды женат - поговаривают, что несчастливо - и давно разведен - поговаривают, что из-за измены, но в том, кто-кому-с кем информация сплетников разнится. Встречается со взрослыми детьми, перебравшимися в Литтл-Рок, по-праздникам и каждый раз сетует, что никто из них не желает стать фермером. Ведет несколько отшельнический, но исключительно мирный образ жизни, упрямо занимаясь хозяйством, пока здоровье позволяет, и довольно щедро платит наемным рабочим.

“И что тогда тут делает полиция?”

А спустя несколько растянувшихся до вечности секунд оказывается, что этим вопросом задаётся не только она.
Сэмюэл Маккой, наконец, замечает стоящего перед ним детектива и лишь досадливо машет рукой.

- Слышу. Не глухой. - его голос звучит устало, от недавнего запала не остаётся и следа, но твердо, - Я вас не вызывал, и все у меня в порядке. Так что, Эд Найтли, катись-ка с моей земли вместе со своими вопросами и своим табельным, которое наглаживаешь, как девицу.

Ещё один взмах руки доходчиво объясняет, что катиться детективу, если он вдруг сомневается, нужно в сторону ворот.
А потом Сэм Маккой снова теряет к нему интерес. Осматривается ищущим взглядом и, вздохнув, качает головой.

- А все из-за тебя, Найтли! Принесли же тебя черти!