— Я подумаю об этом, Кэп, — фыркнула Наташа. — Но сначала предпочла бы убедиться в том, что вы оба надежно — и долгосрочно — пристроены.

А дальше им стало не до праздной ботовни, потому что разговор у них с Еленой, конечно, получался... неожиданный. Вернее, это был не столько разговор, сколько очень стремительный монолог со стороны Елены, сопровождаемый обезвреживанием двух не вовремя подоспевших к ним Вдов. Елена говорила что-то странное про ампулы, в каком-то смысле — несла откровенный бред. А когда она практические упала, Наташа с трудом подавила желание подбежать и помочь. Сестринские инстинкты включились быстро — слишком быстро, учитывая то, сколько лет они не виделись и как давно обе выросли. Но им нельзя было следовать: это могла быть ловушка, в которую Наташа легко шагнула бы, будь она здесь одна. Но были еще Стив и Тони, которых она не могла подвести.

— Ты очень милый, когда заботишься и беспокоишься, Старк, — хмыкнула она, выслушав в наушниках соображения Тони об ампулах, с которыми она не могла не согласиться.

Была это сознательная попытка задурить ей голову, сыграв на сестринских чувствах, или же Елена была просто не в себе — неважно. Даже если Елена говорит правду, так рисковать они себе позволить не могли. Будь Елена в более адекватном состоянии (Наташе очень хотелось верить в то, что это все-таки не ловушка), она бы и сама понимала, что никто не последует инструкциям человека, который совсем недавно делал то, что делала Елена, несколько раз не перепроверив их правдивость.

— Шокером нельзя, — только и сказала она на предложение Тони, продолжая наблюдать за Еленой с относительно безопасного расстояния. — Если она под воздействием какой-то дряни, не ясно, как на нее подействует электрошок. Сердце может не выдержать.

Вдов, конечно, не в последнюю очередь отбирали по здоровью, но любой организм изнашивается — и, как ни крути, Вдовы, даже самые лучшие из них, для Дрейкова были расходным материалам. Страшно представить, какие опыты на них ставили после бегства Наташи, раз Елена находилась в таком состоянии. Она не казалась раненой или больной — но что-то было не так. И Наташа, имея о Дрейкове не самое плохое представление, могдапредположить, что дело в воздействии препаратов, которыми зачем-то пичкали Вдов и которым Елена могла сопротивляться. Ну, либо на ней как раз решили ставить опыты, чтобы понять, чем это воздействие можно снять. В целом, логично — иметь не только яд, но и противоядие от него. Но стал бы Дрейков так рисковать? Вопрос...

— И ты тоже ужасно мил в своей заботе, Роджерс, — выдохнула она.

Ясно же, что он не в ее физической способности вырубить Елену сомневается.

— Ты же должна понимать, что мы не можем поверить тебе на слово, — громко сказала она, уже обращаясь к Елене. — Ты можешь уйти с нами по-хорошему — и мы разберемся с ампулами. Либо нам придется применить силу. Выбирай.

Она снова негромко фыркнула, на то, что слышала в наушниках.

— Черт, Роджерс, — пробормотала она в микрофон. — Едины или нет — я не знаю. Но вы же понимаете, что я не могу просто так ее тут бросить?! Что бы она ни натворила, она — моя сестра!

"И я это я виновата в том, что она осталась тут, хотя могла бы быть свободна, если бы я только убедила в том, что Дрейков — мертв и Красной комнаты больше нет. Только я этого не сделала!"

Они говорили об этом с Тони, и Наташа, в общем-то, приняла то, что тогда не могла поступить иначе. Но это не снимало с нее ответственности за происходящее, только позволяло не тонуть в чувстве вины.

— Хватит, если Тони сам разберется с ампулами, — тихо сказала она. — Иначе нужен кто-то, кто в теме исследований. И это точно не Елена.

Елена — боевик, а не исследователь. Впрочем, как и Наташа. Взломать защиту компьютерной системы — это пожалуйста. А вот всякие подозрительные субстанции — нет, это к другим Вдовам.

Но надо было что-то решать. Они не могли бесконечно стоят тут и решать судьбу Елены, даже если все остальные Вдовы будут обезврежены. Наташа примерилась: захват, которому она учила Артура тут бы вполне подошел. Или старый добрый удар в лицо. Не смертельно, если ударить или придушить грамотно. Особенно, если Елена не захочет или не сможет сопротивляться. Но Наташа поняла — что не может. Если бы Елена нападала, было бы проще. Но она не нападала и как будто хотела помочь. Поэтому нет... Наташа не могла. Это было совершенно ужасно — но не могла.

— Стив, лучше ты, — коротко бросила она. — Я... не могу. 

Ну да, “вовсе не мутант”. Тони сдержал смешок. Слова Кат его чертовски веселили, но Старк не мог позволить своей пиарщице даже усомниться в том, что Артур Соловей - просто удивительно жизнерадостный и на редкость симпатичный юноша. Это была и забота об Артуре, чьи тайны Тони обещал хранить, и забота о самой Каталине, которую знание о книгочеях, оживленных книжных персонажах и магии могло не только шокировать, но и подвергнуть опасности в случае, если “коллеги” Соловья узнают про его контакты с Мстителями и решат прикрыть лавочку.

- Артур в роли восторженного студента настолько органичен, что кажется и не играет вовсе, - заметил Тони как бы между прочим и чуть усмехнулся: ну да, Артур если и играл, то самую малость. В остальном он был самим собой. Восторженный - именно то слово, что так легко к нему липнет. Очаровательный ребенок… Жаль только, что ему большую часть его существования в этом мире говорили, что он - монстр.

“Возможно, Артур лучше всех нас прочувствует эту… мутантскую проблему”, - промелькнуло в голове. Впрочем, углубляться Тони не стал - слушал Кат, а затем и Пеппер. Сперва бизнес, потом рефлексия.

- Доктор Беннер временно недоступен или находится вне зоны действия сети, - подтвердил Тони со вздохом. Жаль. Брюсу он симпатизировал, да и их совместная работа в лабораториях Башни была… интересным опытом. И во многом благодаря этой симпатии Тони не намеревался его искать. Брюс появится, когда сочтет, что готов. Принуждать его… не очень-то по-дружески!

- Придется обойтись теми Мстителями, что у нас есть в распоряжении. Я поговорю и со Стивом, и с Нат, но не буду настаивать, - обозначил Тони. Настаивать в случае Стива и Наташи (особенно Наташи!) было бы тоже не слишком по-дружески. Особенно на фоне всех тех попыток Беловой Наташу прикончить. Стоит ли вообще привлекать Нат?..

- Однозначно стоит, - в голосе Тони звучала непоколебимая уверенность, - но только если она сама сочтет это разумным и допустимым для себя, - выдержал паузу, мысленно представляя Нат в кадре, и добавил: - Уверен, у Нат и Артура будет… особенная синергия на экранах. К тому же, Нат - единственная Мстительница - не Мститель - и с учетом ее известного бэкграунда… Можно совершенно потрясающе сыграть на контрасте ожиданий публики и ее… мм… настоящей чуткости.

“Если Нат захочет показать свою чуткость на публику”, - ключевое. Почти что проблема, да? Но Тони видел, как Нат обращается с Артуром, и питал надежду о том, что эта мягкость и почти материнская нежность так или иначе просочатся наружу во время съемок.

- Прекрасно, - Каталина вновь расщедрилась на улыбку в духе “возьми печеньку!”, но на этот раз она предназначалась не только Тони, но и Пеппер. Позитивное подкрепление. Без снисхождения. Исключительно одобрительно. Из Кат действительно вышла бы превосходная дрессировщица.

- Теперь поговорим про основной посыл и эту связку с “мутантской темой”, - предложила Каталина. Одобрительная улыбка сошла - на лице теперь читалась искренняя увлеченность, пускай и прикрытая профессиональной сдержанностью: - Говорить напрямую о своей поддержке мутантов мы, разумеется, не будем, - Тони без труда считал стоящее за этим “вы и сами понимаете почему это не лучший политический ход”, - но мы сделаем их… естественной частью общества. Мутанты - часть нашего мира, а наши технологии - мост между всеми нами: людьми, мутантами, Мстителями, - Каталина чуть усмехнулась, глянув на Тони.

Что было в этом взгляде? Признание или просто насмешка? Восхищение или снисхождение? Тони не уловил - Тони уже зажегся: его стремительный и гибкий ум работал на полную катушку.

- Окей. Мои AR-очки. Идея для ролика: серый пейзаж, унылые высотки, безликая толпа, где один другого мрачнее, - начал Тони и, поддавшись волне мысли, поднялся с кресла, стал бродить по офису, неистово жестикулируя, - и конечно там есть мутанты. Куда без мутантов? Таких… очень очевидных мутантов! С явными физическими… - Тони на мгновение смолк и остановился, подбирая подходящее слово, - изменениями! И вот, парень… Артур?.. идет через эту толпу. Останавливается на перекрестке. Надевает очки и-и-и… бум!.. Мир наполняется красками и цветом! Очки распознают в толпе людей… Не только людей. Они видят личности. Эй, посмотрите, там Джефф, да у него чертов рог как у носорога, - почему нет? Мутанты бывают всякие! - и каменная кожа, но он прекрасный отец и замечательный флорист! А это Грейс, она с виду обычная дама за тридцать, но вы видели ее пироги и капкейки? Отвал башки просто, а уж на каковы они на вкус, о! А вот, кстати, и сам Стив Роджерс, но погодите-ка, очки распознают в нем не Капитана, а… художника? Вы знали, что Стив Роджерс рисует сногсшибательные пейзажи и готовит превосходную лазанью?

“Ну как вам?” - Тони снова стих и обвел женщин заинтересованным взглядом.

“Мне продолжать?” - и да, Тони едва сдерживал свое нетерпение.