Деревья семейной рощи голосом мамы шепчут ему сказки, когда он только учится держать резец. О кедре, которого не одурачить - тот, кто носит его палочку, видит человека насквозь, а потому опасно стоять у него на пути или трогать тех, кого он любит. О черном дереве, упрямом и одиноком, что ложится в руку и судье, и убийце, лишь бы хозяин держался своих принципов до конца. Об орехе, любящем выдумщиков, о лозе, что чует в человеке скрытую глубину. Ксей читает заметки в семейном гримуаре, зная, что следующим из Олливандеров пойдет по семейному пути. Он увлекается легендами о волшебной роще и слушает о Запретном лесе, пока другие дети внимают рассказам о драконах, единорогах или великанах, или даже прыгающем горшке. Ксей узнает, что у дерева есть нрав, чутье и память - почти человеческие. Ему только пять, но когда он кладет ладонь на ствол сосны, та будто откликается ему приветливо. С годами в этой особой связи Олливандеров с природой он перестает сомневаться вовсе.

Поместье недалеко от Хогсмида, где он родился, встречает прибывшего студента запахом кедровой смолы и стружкой в отцовской мастерской, разливами горячего лака. Ему одиннадцать, и он берется за первый свой артефакт на зимних каникулах. Получается пока скверно, но Рим тоже не за день строился. И отец говорит ему в утешение: “Каждый мастер когда-то был новичком. А у тебя руки мастера”. Ксей вытирает масло, въевшуюся в линию сердца и жизни, мажет пастой красноватый след ожога от лака. Ему пятнадцать, но он все еще замечает тонкий рубец на пальце, куда однажды соскользнул нож для выделки рун. Дерево слушается его с детства, поддается ножу, а сестру оно неизменно режет. Брианна прячет окровавленные ладошки в карманы платья, отворачиваясь, чтобы взрослые не видели ее слез обиды. Бри до последнего не верит, что палочковедение в роду идет по мужской линии и злится, что ему оно досталось целиком, а ей - только руны да мертвые языки.

Тот, кто с одного взгляда может понять, какая порода уживется с человеком, без труда находит слово и для самого человека. Говорят, что у Ксейдена харизма актера или политика - он может заговорить собеседнику зубы, а порой и увести за собой толпу. С ним лавка в Хогсмиде никогда не стоит пустой - к нему тянутся люди просто поговорить. Возможно, кто-то вне семьи и ждет, что он пойдет дорогой красноречивых - в политику, зарабатывая звания и медали. Но Ксей оставляет ее тем, кому она слаще. Ему интереснее смотреть, как сердцевину принимает древко, и магия зарождается в самой важной для волшебника вещи. Он изучает придирчиво, почему один и тот же кусок дерева в разных руках отвечает по-разному.

Когда в Британию приходит война, Ксейден настораживается. Кровь Олливандеров уже несколько поколений считается чистой, но все же с изъяном: Джервейс взял в жены магглорожденную, и его полукровный сын Гаррик женился на такой же. Тем, кто ставит кровь и статус выше справедливости, чести и поступков, этого хватает, чтобы назвать семью предателями крови. Он слышит это слово впервые, когда Брианна заканчивает школу и поступает на стажировку в Визенгамот, но так и не находит в нем правды. На людях Ксей ведет себя как обычно - как человек, получивший приличное воспитание. Его взгляд ровен, порой нечитаем и пуст. Он отличный мастер своего дела, им и занятый - и ничьей другой стороной, кроме собственной семьи. Вслух он свои мысли не выражает и Бри осаживает. Умеет обойти неловкий вопрос, увести разговор в другую сторону и безо всякой окклюменции надеть маску, под которой ничего не разглядеть. Если бы его верность можно было выстрогать из какого-то материала, вышло бы черное дерево - он не отступится от выбранного пути. Притворство его тяготит, но честен с собой он до самого конца - и это все, чего черное дерево запасной палочки в его руке просит.

За несколько дней до пожара в Годриковой впадине у него раскалывается безупречная заготовка, и он списывает это на сухое лето. Потом война добирается к его семье через ремесло. Жену и дочь Гаррика убивают во время перевозки сердцевин с Гебридских островов, и он видит в этом послание. Не ему, конечно же, но Брианне, что все никак не может успокоиться - и говорит, и открыто выступает против набирающего силу оппозиционного режима. Ксей понимает: в новом мире, что строят против его воли, псы Пожирателей дотянутся до любого, кого он любит. И начинают они с тех, кого любит будто чуть-чуть слабее. Ксейден смотрит на два надгробия вместе с сетрой, когда Брианна приглашает его в Орден и просит ей помочь. Вокруг нее сжимается кольцо: анонимные угрозы, покушение на ее наставника и мертвый жених, от которого остается только оторванная рука. Он идет в Орден следом за ней, чтобы поддержать, и они вместе убеждают в важности выбранного пути отца.

Ксей мастерит бытовые артефакты и вырезает палочки, благодаря которым боевая способность Ордена все еще держится. И сделал бы это и без всякой идеи, ради одной Брианны, за которой приглядывает. Но идея у него своя, очень давняя, и Орден наконец дает ей выход. Его основной маршрут - материк и острова. Они с Брианной тайными тропами возят в заповедник Макфасти готовые палочки, а оттуда сердцевины: сердечная жила гебридских черных идет на самые упрямые из них. Чуждый ему запах моря и вереска липнет коже, и Вэнс смеется, что острова его усыновили.

А дома его ждет Мора, единственная, перед кем не нужно держать лицо. Ей одной Ксей рассказывает, что видел по пути, при ней злится. Ей обещает, что мир скоро станет спокойнее и проще, а их дети вырастут без страха и без чужого клейма на руке. Мора верит ему и боится этой его игры с огнем и того, что однажды их с Бри раскроют. Порой это выливается в короткие ссоры, но он умеет вернуть ей улыбку, а она - прощать ему упрямство. Их любовь сильнее временных обид, а свет всегда приходит на место тьмы. Может поэтому они все еще надеятся и держатся друг за друга, как за спасательный круг. В какие-то моменты ему кажется, - он даже клянется, рассказывая об этом Бри - что чувствует, когда где-то далеко ломается палочка его работы: легким уколом под ребрами. Война отняла у их семьи многих и грозится отнять еще, но Ксей упрямо делает для Ордена палочки, которыми чужие руки будут и защищать, и убивать в противостоянии сил, что не ограничиваются Орденом и Пожирателями. Война меняется, затягиваясь узлом на виселице, в которую угодило общество, а Мора приносит ему столько информации, сколько успевает добыть в издательстве дома Розье, но этого будто все равно недостаточно.