Pedro Pascal | Richard Armitage
Матео Аскеран
человек/маг • 41 год • Один из лидеров тайного культа чародеев
империя Визафира

Сведения о персонаже:

• Матео - уникальный даже среди множества чародеев мира субъект. В далеком 705 году тогда ещё пятнадцатилетний мальчишка, спасаясь от Хранителей Истины, завершил ритуал своего наставника и связал себя контрактом с демоном сроком на двадцать один год. Скрывшись от инквизиции, Матео научился жить бок о бок с созданием из потустороннего мира, получив не только неограниченную волшебную силу, но и недюжинное количество проблем. Тем не менее, контракт был разрешен мирным путем. Чародей и демон, пройдя долгий путь длинной более двух десятилетий, расстались лишь из-за козней инквизиции.

• Матео - достаточно слабый чародей, который долгое время компенсировал свои невыдающиеся способности контрактом с демоном. С момента разрыва договора его магические навыки не стали лучше, что с лихвой компенсирует стратегический ум и хитрость: как никто другой Аскеран умеет подбирать ключи к человеческим сердцам, строить и успешно реализовывать далеко идущие отчаянные планы. Даже в минуты, когда всё идет наперекосяк, Матео умеет отыскать наилучший для себя и общего дела исход.

• Стал свидетелем сначала великого суда в Сильверре, а затем бунта босых в Сильвии. Пережитое событие сломало последние барьеры на пути к решению наказать виновных и свергнуть устоявшуюся власть церкви.

• Не принимал прямого участия в мятеже Маркуса де ла Скорпо, но всегда находился поблизости основных событий. После великого суда в Сильверре, старательно собирает вокруг себя разрозненных магов по провинциям империи, поддерживает, заручается поддержкой, пока не выходит на Фредерика Розенсфорца - умудренный сединами чародей из Альдвейна протянул имперскому бунтовщику руку помощи. И было бы глупо отказаться.

• В 727 году содействует исчезновению и убийству ближайших соратников и командиров Маркуса де ла Скорпо. Кровавый ритуал Фредерика Розенсфорца, пусть и не увенчался успехом, но подвел под затянувшимся конфликтом решительную черту.

• В 728 году вызволяет из заточения и уберегает от смерти сына казненного маршала де ла Скорпо. Никакой сентиментальности, всего лишь холодный расчет: в наследнике Маркуса чародей видит искру нового мятежа, из которого вспыхнет последний костер. Но на этот раз для инквизиции.

Мой персонаж: Луис Эррера - Хранитель Истины, инквизитор, который прибыл в провинцию Сильверра на поиски исчезнувших без следа собратьев по ордену.

Планы на игру: Матео проходит на форуме по акции.
Я же лично жду этого персонажа в качестве идейного и реального противника. Я, как игрок, уверен, что именно Аскеран причастен к исчезновению инквизиторов в Сильверре (и у меня есть для потенциального игрока тому объяснение). Я бы поиграл в кошки-мышки с гениальным кукловодом, игру масок, фальшивых улыбок и вражды. К тому же сюжет Матео явно влечет за собой захватывающие приключения.

мой пост

Выбор у них был небольшой: вернуться с поражением сейчас или понадеяться на милость Светоносного и узнать о поражении чуть позднее. Сия тягостная мысль на миг пролегла глубокой морщиной на умном лбу Луиса Эрреры, да сгинула, словно смытая волнами великой Силь. Позорное бегство, которое некоторые проходимцы списывали на тактическое отступление, не было в ходу у Хранителя Истины. Имея на руках даже самые слабые карты, можно взять банк. И радость от такой победы в разы сильнее.
– Можно, – ответил Луис на невысказанный, но промелькнувший всего на мгновение в голодных глазах вопрос. – Ешь во славу Светоносного, за упокой души благочестивого Хуана, что так поспешно оставил нас перед невзгодами судьбы.

Хранитель Истины вышел из-за стола, чтобы не смущать своим видом осиротевшего слугу. Раб, лишившийся поводка, всё еще раб, лишь растеряно озирается, не чувствуя привычное давление на шее. Не стоило заставлять страдать чужака так долго.
– Я знаю, что среди всех слуг Хуан выделял именно тебя. Исполнительный, честный, сильный, не требующий много, – врал Луис, не моргнув и глазом, остановившись спиной к своему "пленнику". – Говорил, что сам Светоносный поцеловал тебя в макушку. Но это, конечно, всё выдумки. У Господа слишком много дел, чтобы раздавать свои поцелуи налево и направо.

Эта игра была Хранителю не в новинку: хвалить чужими словами, в своей же речи усомниться в возможностях жертвы своих витиеватых монологов. Затронутые за живое, они неизменно попадали в хитроумные ловушки, которые Луис расставлял то тут, то там, неверным словом или неосторожным жестом выдавая себя с головой. Сейчас же Хранитель лишь прощупывал почву: благодатная ли? Проклюнется ли на нем скупое семя их ремесла, взойдут ли стройные побеги доносов? Или же на скверной почве растет лишь сорная трава грядущей измены и предательства руки кормящего?
– Говорил, что несчастья, которые пришлось пережить твоей семье при побеге из горестного родного края, сделали тебя человеком чистым и смиренным.
Нервная улыбка, которую Альтер не мог видеть.
– Это ложь. Только праведные дела и вера могут привести человека к чистоте и смирению. Но я пригласил тебя не за этим.

Хранитель Истины подошел к потрепанной дорожной сумке. Щёлкнул тяжелой застежкой, напевая под нос первый церковный гимн всех благих, деловито прошелся среди притаившихся в засаде бумаг и пергаментов, пока наконец не отыскал нужное. Вынув скрученный пергамент, Луис Эррера вернулся за стол, сминая своего гостя взглядом.
– Этот документ, – покачал он своей находкой, – хрупкая соломинка. Один край – твоя нынешняя жизнь, полная тяжелой тупой работы, раболепия и побоев. Другой край – сытый стол, хорошее вино и мягкая койка. А внизу... внизу пропасть, скалы и пустота. Вечная, непроглядная тьма, которая ждет всего один неверный шаг. Прочтешь, быть может?
Пергамент застыл в воздухе, словно меч палача.